?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

В сентябрьском номере журнала "Первое сентября. История" опубликовано интервью с директором Исторички М.Д. Афанасьевым. Публикация приурочена к 150-летию Чертковской библиотеки. Мы решили продублировать её в ЖЖ.
Ниже прилагаются сканы и (для удобства наших читателей) перепечатка интервью.

"Историчка" в новом тысячелетии : Беседа с Михаилом Дмитриевичем АФАНАСЬЕВЫМ, директором Государственной публичной исторической библиотеки России.

- Михаил Дмитриевич, у Вас в этом году юбилей. 150 лет назад в специально построенном флигеле особняка Чертковых на Мясницкой улице в Москве открылась для общественного пользования бесплатная общедоступная Чертковская библиотека. Именно с этого времени начинается отсчёт существования Государственной публичной исторической библиотеки (ГПИБ), являющейся её преемницей и наследницей. 20 декабря 1938 г. (то есть 75 лет назад) библиотека открыла свои двери в том самом здании в Старосадском переулке, где мы сейчас беседуем.
В Москве, в Петербурге, да и в других городах России тоже есть крупные, известные библиотеки, каждая со своей историей, с неповторимыми традициями. Но есть некая особенность, непохожесть (здесь трудно точно подобрать слово), которая отличает "Историчку" от других общенациональных библиотек. Назовём это атмосферой, что ли... Как бы Вы могли её определить?

- Наверное, когда мы пытаемся словами выразить некое ощущение, всегда остаётся недоговорённость. Но всё же алгеброй гармонию можно проверить. И можно попытаться расчленить это ощущение на составляющие. Действительно, "Историчка" отличается от других библиотек, и не столько чисто вещественными показателями, сколько своим духом. Я это знаю, потому что в те годы, когда был студентом, и потом, повзрослев, ощущал его на себе, а затем начал получать эти впечатления отражёнными, когда наши читатели говорили примерно так: "Да, историческая библиотека - это так замечательно". Ну и так далее...
Из чего всё-таки складываются эти ощущения? Первое - на них, конечно, влияет такой материальный элемент, как книжные коллекции. Наша библиотека заметно отличается от других тем, что она из тех 150 лет, в течение которых собирались фонды (во всяком случае, половину времени), приобретала их в виде коллекций.
До революции Чертковская библиотека представляла собой книжное собрание, созданное одним человеком - Александром Дмитриевичем Чертковым. Потом к ней присоединилась коллекция, собранная зятем Черткова, Александром Голицыным.
Затем она была дополнена собраниями, купленными или полученными в дар Историческим музеем. Нужно учесть, что в эту библиотеку поступали и национализированные после 1917 г. книжные коллекции.
Что же касается дарений, то, например, в 1945 г. Историческая библиотека получила из Чикаго коллекцию книг Белого движения, которую собрал полковник Генерального штаба, ставший потом эмигрантом, Яков Маркович Лисовой. Подобные книги в совокупности составляют абсолютно уникальное собрание. И оно. как правило, у нас не рассыпается, а сохраняется как единое целое. Поэтому если тема исследования читателя совпадает хотя бы частично с тем, что собирал тот или иной коллекционер, то он может сразу попасть в круг таких уникальных изданий, подборка которых есть только в нашей библиотеке.
- Значит, на каждой коллекции остаётся как бы отпечаток личности того, кто её собирал?
- Да. представьте себе: вы занимаетесь генеалогией, пришли в "Историчку" и находите здесь книги, посвящённые этой науке и подобранные одна к одной. Начав исследование, вы обнаруживаете собрание, например, известного генеалога и археографа Леонида Михайловича Савёлова, и в нём, в этом собрании, находите книгу Савёлова с его пометками: вот здесь он увидел ошибку, здесь что-то исправил. А вот труд другого генеалога, в котором Савёлов тоже что-то отметил. И все эти издания стоят рядом, на одной полке, и нигде больше такого собрания нет. Поэтому, конечно, на ваше отношение к библиотеке, которая предоставила возможность не только увидеть подобную коллекцию, но и пользоваться ею, этот факт, безусловно, влияет.
Второе обстоятельство, формирующее уникальность "Исторички", на мой взгляд, такое. Когда 75 лет тому назад библиотека открылась в качестве общедоступной (до этого книги находились в государственном Историческом музее и, конечно, доступ туда был ограничен), то она сразу же поставила своей целью быть удобной для всех. Число читателей в 1937-1939 гг. было столь велико, что столы и стулья ставили в коридорах. библиотека работала до 11 часов вечера. Такой тогда был спрос на книгу и образование. И библиотека никому не отказывала и не говорила: "У нас мест нет". Раз есть читатель, значит. его нужно впустить и выдать книжку.
К тому же мы сохраняем статус научной библиотеки. Кстати, слово "публичная" сегодня понимается как синоним массовой библиотеки. А тогда, в 1938 г., этот термин означал крупная научная библиотека. Во всём Советском Союзе была ещё только одна такая - бывшая императорская, государственная публичная библиотека имени Салтыкова-Щедрина в Ленинграде. Потом открыли в Москве Государственную публичную научно-техническую библиотеку - ГПНТБ. Вот и всё. Но идея общедоступности передавалась из поколения в поколение у наших библиотекарей.
И ещё одно наблюдение. Когда строили "Историчку" как общедоступную публичную библиотеку, то читальные залы создавали под персональные интересы читателей. Есть, скажем, читатели-востоковеды. Ещё академик И.Ю. Крачковский, наш виднейший арабист, говорил о том, что для них надо создать специальный кабинет. и мы открыли здесь Кабинет Востока, который рассчитан на эту небольшую группу учёных. Есть учителя истории. Уже через год после открытия "Исторички" им предоставили отдельный зал, потому что у учителя истории специфический интерес к этой дисциплине, его нельзя разделить на части: школьного педагога интересуют все разделы и все эпохи истории человечества. И в каждом читальном зале возникает своя аура, его сотрудники ориентированы на своего читателя. У нас многие годы запись была не в библиотеку, а в конкретный читальный зал. И это создавало почти личные отношения между библиотекарем и читателем. Сейчас, к сожалению, из-за стандартизации всех процессов мы выдаём единый билет, хотя в нём всё равно указывается место, где читателя будут принимать как своего. Учительский зал в этом отношении не исключение.
Ну и, наконец, важно само место - тот дом, в котором мы находимся. Если бы нас сейчас перевели куда-то в новостройку, на окраину, может быть, многое бы утратилось. Всё-таки этот особняк оказался очень уютным и накрепко связанным со своей замечательной историей.
- Его долго выбирали, насколько я знаю...
- Да, несколько месяцев. Было распоряжение Сталина об открытии библиотеки. И нужно было найти помещение. Перебрали десятки вариантов, смотрели одно здание, другое, но все они по разным причинам не подходили. Пока не остановились на школе № 329 "Гигант" Красногвардейского РОНО в Старосадском переулке. Самое замечательное, что она располагалась в доме, который когда-то принадлежал тётушке Фёдора Михайловича Достоевского, бывшей замужем за богатым московским купцом А.А.Куманиным. Зал отечественной истории как раз находится в мраморной гостиной Куманиных. Когда вы поднимаетесь по лестнице и видите остатки колоннады особняка XVIII в., встроенного в нынешнее здание, то это, конечно, тоже накладывает свой отпечаток на читательские ощущения, создаёт ту атмосферу, в которой читателю комфортно.
- Но я помню, что, скажем, 1990-е гг. были для Вашей библиотеки не очень-то комфортными. Приходилось брать деньги с читателей за пользование гардеробом. Это мелочь, конечно, но, тем не менее, таких "мелочей", наверное, было много. А если сравнить то время и теперешнее?
- Самое тяжёлое время для библиотеки - это конец 1980-х гг., когда нас закрыл пожарный надзор и фондами нельзя было легально пользоваться. Книги для читателей выносили с оглядкой: нет ли поблизости пожарников. Стало действительно трудно - библиотека была вроде бы открыта и в то же время не могла работать нормально. И число читателей сильно уменьшилось. В тот момент мы столкнулись с настоящим кризисом. Затем, конечно, "Исторички" коснулись экономические трудности начала 1990-х годов.
Но надо сказать, что это время оказалось не самым плохим. Мы начали открывать фонды, стали решать реальные проблемы, и каждый год количество читателей возрастало на 30 %. Понимаете, у нас было просто ощущение праздника от понимания того, что библиотека возрождается. Да, денег давали только на комплектование изданий и зарплату. И комплектование-то было очень ограниченным. Мы больше одного экземпляра покупать не могли. И тем не менее в эти годы библиотека жила самой полноценной жизнью.
Затем, в начале 2000-х, сложность нашей ситуации заключалась уже в том, что количество читателей превышало возможности их обслуживания. Это и для библиотекарей было трудное время. Но постепенно положение начало меняться, в первую очередь благодаря внедрению новых технологий, появлению Интернета.
Но здесь есть свои проблемы. С одной стороны, Интернет действительно увёл от нас громадное количество студентов, которым лень читать книжки - достаточно просмотреть то, что есть в Интернете, и написать на этой основе реферат. С другой стороны, библиотека сама делает очень многое для того, чтобы читателю не нужно было приходить сюда каждый раз, когда понадобится какая-нибудь книга. Электронный каталог сейчас практически вмещает весь фонд. Дома вы можете войти в него и выбрать нужное издание. Действуют электронный заказ и электронная доставка: по Интернету вы заказываете книжку и, когда приходите в библиотеку, она уже лежит на вашей полке; а если располагаете деньгами, можете заказать копию интересующего издания и получить её дома, даже не заходя в библиотеку.
Конечно, это тоже способствует уменьшению числа читателей в залах. Но не надо этого бояться: просто библиотека частично перешла в другую сферу деятельности.
Если говорить о читателях журнала "История", учителях и методистах, которые, может быть, не имеют времени, сил и возможности приехать к нам, то и в их работе "Историчка" может оказаться полезной. Недаром мы среди других библиотек занимаем лидирующее место по популярности нашего интернет-сайта. Многие учителя и учащиеся пользуются нашей электронной библиотекой, которая называется "Библиофика", а кроме того, возможностями электронной доставки и другими услугами. Так что советую посмотреть наш сайт и "прийти" к нам в библиотеку, не заходя в здание в Старосадском переулке.
- Но библиотека - это не только книги и читатели. "Историчка" всегда была и местом встреч с интересными людьми, существовали и другие формы общения с читателями, с авторами книг...
- Сейчас читатель стал более ленивым. Хотя в последнее время мы замечаем оживление. Видимо. всё-таки виртуальное общение кажется недостаточным, хочется общения непосредственного. Поэтому встречи внутри библиотеки продолжаются. Поводом может послужить, например, открытие выставок. Проходит и обсуждение книг, особенно если в них затрагиваются спорные темы. Традиционно встречаются краеведы на заседаниях клуба "Старая Москва".
- А вот раньше была курилка. И хотя я не курю, но, тем не менее, постоянно в неё заходил - она стала местом обсуждения самых интересных, животрепещущих проблем. И можно было, не присутствуя на каких-то семинарах по историографии в университете, узнавать все самые последние новости в исторической науке.
- С 1 июля этого года законодательство запрещает нам держать курилки.
- Может быть, это и неплохо, но всё-таки какие-то формы неформального общения, думается, должны остаться. А теперь хотелось бы поговорить о самых злободневных, насущных проблемах, связанных с ремонтом, реконструкцией, реставрацией "исторички". Какие у Вас планы на этот период, прежде всего в отношении читателей?
- Да, проблемы у читателей, конечно, возникают. Дело в том, что основную часть нашего комплекса зданий образуют три соединённые вместе строения - разной этажности и разного времени возведения. Та часть, в которой находятся основные читальные залы, уходит на капитальный ремонт и реставрацию. Реконструкции у нас не будет, поскольку историческая библиотека - памятник федерального значения и поэтому здесь возможны только реставрационные работы.
- На сколько лет они рассчитаны?
- Планируется провести их за три года. Но, как все понимают, реальные сроки будут зависеть от финансирования. Сегодня государство не берёт обязательств на эти три года. Всё же мы надеемся, что не будет повторения такой ситуации, как с Пашковым домом и с Государственным историческим музеем, которые реставрировались более десяти лет.
Сейчас мы перевели всех посетителей в общий читальный зал. Затем площадь обслуживания ещё более сократится.
Но мы можем гарантировать, что библиотека не будет закрыта. Чтобы как-то компенсировать эти неудобства, развиваем дистанционные сервисы, стараемся максимально предоставить читателям возможность пользоваться библиотекой, не приходя в здание. А для тех, кто захочет читать у нас (не всё, естественно, можно выложить в Интернете), будет продлено время работы библиотеки, в частности. в выходные дни. Может быть, "Историчка" будет открыта даже в вечерние часы.
- Михаил Дмитриевич, я хотел бы затронуть, может быть, не основную тему, связанную с "Историчкой", но многие интересуются, как развивается ситуация с Государственной общественно-политической библиотекой, созданной в 1992 г. на базе библиотеки Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. О её судьбе была противоречивая информация и в прессе, и в Интернете...
- На сегодня есть приказ Министерства культуры РФ, в котором содержится положение об объединении наших библиотек.
Планируется создать единое руководство и сохранить общее название - государственная публичная историческая библиотека, но с двумя коллекциями, которые складывались независимо одна от другой. С моей точки зрения, это вполне здравое решение, потому что сегодня библиотека бывшего Института марксизма-ленинизма самостоятельно развиваться практически не может. У неё небольшой штат, который не соответствует её двухмиллионному фонду, к тому же там сложная пропускная система, что создаёт крайние неудобства для читателей. В лучше случае она может остаться в том положении, в каком находится сегодня. Собственно говоря, объединяются только те функции, которые являются общими для двух библиотек: комплектование, обработка литературы, создание каталогов. С этими функциями мы справимся. Зато высвободятся силы и возможности для того, чтобы работать с замечательными коллекциями, которые были собраны в Институте марксизма-ленинизма. Они до сих пор полностью не разобраны после того. как в сложных условиях начала 1990-х гг. книги свозили из разных помещений института. А ведь на базе этой коллекции можно проводить серьёзные исследования истории ХХ века.
- Можно я задам личный вопрос? Вы работаете директором библиотеки уже четверть века. Какими качествами должен обладать человек, чтобы стать директором крупной общенациональной библиотеки? Какой опыт Вы приобрели за это время?
- Я пришёл в административную жизнь, став директором, из мира учёных. Двадцать лет был научным сотрудником Ленинской библиотеки (сейчас это Российская государственная библиотека. - Ред.), занимался социологией чтения. И из этого опыта мне на директорском месте пригодилась способность мыслить закономерностями, видеть за каждым событием некие факты, более глубокие, нежели сиюминутное мелькание новостей.
Я могу вычислить, что будет завтра. И это облегчает решение стратегических задач. Но вот административных навыков у меня не было. В первую очередь, я отношу к ним умение решать неприятные проблемы, потому что, занимаясь научной работой, имеешь дело только с приятными вещами: темы-то академические. и в них неприятностей не может быть. А здесь и проблема кадров, и взаимоотношения с начальством, ну и так далее. Всему этому пришлось учиться.
- Да, сейчас Ваша жизнь усложнилась - период ремонта, реставрации всегда непростой. Но в то же время Вы заняты громадным делом - превращением "Исторички" в современный, на уровне мировых стандартов библиотечно-информационный центр. С ним будет связан и мой последний вопрос: какой Вы видите Историческую библиотеку в XXI веке?
- Как социолог, могу сказать, что даже вне зависимости от наших желаний библиотека будет работать в трёх направлениях. Одно из них сегодня самое сложное - игра на информационном рынке, прежде всего - на рынке интернет-услуг. Здесь всякого рода частная инвестиционная деятельность всегда будет более эффективной, чем работа с бюджетными деньгами. И библиотека должна стать чем-то вроде патентного бюро, которое предоставляет информацию, характеризующуюся высочайшим качеством точности и научности. Ведь если у этой информации будет гриф "Исторички", значит, ей можно безусловно верить - в отличие от многочисленных сомнительных публикаций в Интернете. Вот наша ниша в информационном пространстве.
Второе - это работа с книжными фондами. По мере того как они будут оцифровываться и информация уходить в Интернет, их значимость не будет снижаться. Они приобретут новую ценность - предметов культуры. Книжку можно подержать, полистать, кроме того, проверить по печатному тексту, не переврал ли что-то Интернет. Сохранится непередаваемое ощущение книги - за ним тоже будут приходить к нам. А это уже музейная функция библиотеки. Она существует и сейчас. И третье: Историческая библиотека останется тем островком, где люди смогут встретиться и в окружении книг поговорить о чём-нибудь высоком и хорошем.
Беседовал Алексей Савельев.
Первое сентября. История. - 2013. - № 9. - С. 40-43.

1sept01

1sept02

1sept03

1sept04

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
(Deleted comment)
gpib
Oct. 8th, 2013 08:32 am (UTC)
Спасибо на добром слове!
( 1 comment — Leave a comment )