?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Впервые имя «Герц» мелькнуло перед нами в тексте на книжной закладке, выпущенной издательством ГПИБ. «Кто такой Герц»? – безуспешно спрашивали мы друг у друга. На самом деле, правильнее говорить «Гёрц». Карл Карлович Гёрц (Goertz), немец по происхождению, профессор Московского университета, член многих научных обществ, историк искусств и владелец довольно обширной библиотеки, которая в ГПИБ – вот сюрприз-то! – как оказалось, имеет выделенное хранение.

Герц067.jpg

Давно и отнюдь не нами подмечено, что фонд ГПИБ, который, как пёстрая аппликация, составлен из кусочков бывших частных коллекций, по-разному взаимодействует с наблюдателем. Рядом с некоторыми полками библиотекарю комфортно, а по соседству, в книгах другого коллекционера, - начинает болеть голова. Хотя это вещи трудноуловимые, мы всё же позволим себе утверждение, что коллекция Гёрца – одно из самых дружелюбных и комфортных мест книгохранилища. Таков же был по натуре и владелец книг. Но обо всём по порядку.
Род Карла Карловича Гёрца происходит из Швеции, откуда его предки переселились в Восточную Пруссию. Отец его родился в Познани, в 1780 году переехал в Россию и женился на дочери московского архитектора Д.Ф. Гиерта. Отец владел заводом по обработке красного дерева. Все старшие родственники Карла Карловича были антикварами и любителями искусств. Живая связь с искусством характерна и для младшего поколения Гёрцев. Брат Карла Карловича был художником-пейзажистом, сестра Адель впоследствии вышла замуж за академика декоративной живописи М.И. Бочарова, другая сестра, Софья, состояла в браке с живописцем А.К. Саврасовым. Да и сам Карл Карлович, не будучи профессиональным художником, рисовал неплохо. Всего в семье было пятеро детей: сыновья Карл и Константин, дочери Адель, Софья и Эрнестина. Старший сын и герой нашего рассказа Карл Гёрц родился 4 августа 1820 года в особняке на Мясницкой, у Меншиковой башни, в приходе Михаила Архангела. Он был любимцем матери. Похоже, что детские годы Карла Карловича были безоблачными и радостными, так как он на всю жизни остался верен своей семье. Эрнестина Гёрц писала о брате: «Привязанности его были сильны. Он всегда, даже в своих странствиях, помнил нас, своих родных – мать, сестёр, братьев – и помогал нам советом и делом. Так он в продолжении многих лет содержал нашу несчастную сестру, лишившуюся мужа [речь идёт о Софье, чей брак с Саврасовым распался], и воспитал на свои средства её двух дочерей. Забота о матери была всегда на первом месте у Карла Карловича; трогательная переписка с нею свидетельствует о его беззаветной к ней преданности. Возвратившись из-за границы и поселившись в Москве в 1856 году, он собрал всех близких родных вокруг себя, трудился для них и глубоко огорчался, когда смерть похищала их одного за другим».
Начальное образование Карл Гёрц получил во французском аристократическом пансионе Ораса Гэ, среднее образование – в Московской практической академии коммерческих наук, а в 1840 году поступил на словесное отделение философского факультета Московского университета, где основное влияние на него оказали профессора Т.Н. Грановский и Д.Л. Крюков.

DSC03198.JPG
"Латинский лексикон", по которому учился студент Карл Гёрц, оставивший на книге владельческую надпись.

DSC03200.JPG

В 1844 году К.Гёрц окончил университет со степенью кандидата. Сразу же после этого он получил место домашнего учителя в семье графа В.А. Мусина-Пушкина, в Гельсингфорсе. Эта его работа длилась не более года, однако доставила Гёрцу много полезных знакомств, из которых самым плодотворным было сближение с Я.К. Гротом. Грот занимал тогда в Гельсингфорском университете кафедру русского языке и словесности. Он рекомендовал молодого немца П.А. Плетневу, который поместил в своём журнале «Современник» ряд библиографических обзоров и биографических статей из западных журналов в переводе Гёрца. В это время Гёрц уже жил в Санкт-Петербурге, где получил место домашнего учителя у княгини Салтыковой, имевшей 15-летнего сына. Он оставался там 5 лет, до поступления своего ученика в Санкт-Петербургский университет, на досуге занимаясь самообразованием и пробуя силы в литературной деятельности. Плодом этих художественных усилий являются произведения «Красавица» и «Вильма», появившиеся на страницах журналов, но оставшиеся почти не замеченными критикой и читателями. Впрочем, Плетнев давал «Вильме» весьма лестную оценку и даже переслал повесть М.П. Погодину для публикации в его «Москвитянине». И всё же, видимо, литературное поприще Гёрца не удовлетворило, так что другие его произведения и переводы сохранились только в рукописном виде.

DSC03194.JPG

DSC03195.JPG

DSC03331.JPG

После поступления князя Н.И. Салтыкова в университет, Гёрц некоторое время продолжал жить в доме княгини Салтыковой, которая назначила ему пожизненную пенсию в тысячу пятьсот рублей серебром. Князь Салтыков также сохранил со своим бывшим наставником близкие, дружеские отношения. Тёплые чувства к Гёрцу продолжали питать и П.А. Плетнев с Я.К. Гротом, хотя и порицали его за то, что, приходя к ним, он «любил копаться на столах в книгах» и «рылся в бумагах». Биограф Карла Карловича объясняет эту привычку его чрезмерным библиофильством, которое чрезвычайно было развито в Гёрце уже в те годы. Его приходо-расходные книжки пестрят записями о приобретаемых книгах; другой статьёй расходов было для Карла Карловича посещение театра, в особенности – итальянской оперы.
В 1851 году К.К. Гёрц уехал в своё первое заграничное путешествие для завершения образования и изучения памятников искусства. Путешествие затянулось намного дольше, чем то было запланировано и принесло молодому учёному немало бесценных впечатлений, а также отшлифовало его научные познания. Во время этой поездки Гёрц посетил Германию, Италию, Англию и Францию. «Поехав за границу дилетантом без особых определённых целей, кроме поправления здоровья, - пишет о К.К. Гёрце А.И. Малеин, - К.К. мало-помалу превращается здесь в учёного специалиста».

DSC03258.JPG

DSC03259.JPG

DSC03262.JPG
«Из Дрездена Гёрц перебрался в Лейпциг… а затем, не останавливаясь, доехал до Бибериха, где переночевал, чтобы на следующее утро плыть по «зелёному», как он неоднократно называет его, Рейну. Как и следовало ожидать, эта река очаровала нашего путника, и своё общее впечатление от неё он изложил в следующих, не лишённых поэзии, строках: «Виды Рейнской природы – милы: все горы усеяны виноградниками, каждый клочок обработан рукою человека. Нет ни дикой поэзии в ландшафте, ничего величественного, грозного: всё мило, всё улыбается. Рейн миловидная нем. девушка, русая, с голуб.» (глазами)» (Малеин, с. 43).

Гёрц возвращается в Москву только в 1856 году и вскоре делается желанным автором в ряде периодических изданий. С 1857 года он помещает в «Русском вестнике» ряд статей под заглавием «Археология и современное искусство». Сотрудничал он также в «Отечественных записках», «Московских ведомостях», «Атенее», «Московском обозрении». Однако определяющей деятельностью этого периода жизни стала для Карла Карловича работа в Московском университете, где он в звании доцента начал читать курс лекций по археологии и истории искусства. Вслед за получением университетской кафедры Гёрц удостоился ещё одного важного и почётного поручения: летом 1859 г. он был командирован только что основанной Императорской Археологической комиссией на Таманский полуостров с целью проведения там раскопок. Во главе комиссии стоял тогда граф С.Г. Строганов, покровительствовавший молодому учёному. Строганову К.Гёрц писал из экспедиции подробные письма с рассказами о своих находках и странствиях. Вместе с Карлом Карловичем в путешествие отправился его брат-пейзажист Константин, который должен был зарисовывать найденные при раскопках предметы. Он оставил также целую серию акварельных рисунков, сделанных в окрестностях древней Фанагории.
Братья Гёрцы пробыли в Фанагории с июля по октябрь 1859 г. К.Гёрц снял один из первых топографических планов городища и обнаружил при раскопках множество предметов. Хотя Гёрц так и не представил в комиссию отчёта о проделанной работе, исследования, проведённые им на Таманском полуострове, легли в основу его диссертации на степень магистра. Называлась она «Археологическая топография Таманского полуострова», и Гёрц защитил её 4 мая 1870 г.
В мае 1873 г. Карл Карлович защитил уже докторскую диссертацию на тему «О состоянии живописи в Северной Европе от Карла Великого до начала романской эпохи (IX и X столетие)». А в 1876 г. закончил работу над своим третьим крупным трудом – «Исторический обзор археологических исследований и открытий на Таманском полуострове с конца XVIII столетия до 1859 г.: преимущественно по неизданным источникам».

DSC03712.JPG

DSC03714.JPG

DSC03715.JPG

DSC03717.JPG

DSC03707.JPG

DSC03710.JPG

Лёгкий характер Гёрца в сочетании с его общительностью и всегдашней готовностью помочь принесли ему множество полезных и просто приятных знакомств. Не стал исключением и университетский мир. Коллеги ценили его «готовность служить накопленным научным богатством». В то время преподаватели поочерёдно собирались друг у друга по субботам, и Гёрц часто посещал эти сборища.
Другим начинанием, у истоков которого оказался наш герой, стал Румянцевский музей. А.И. Малеин называет Гёрца «одним из первых пионеров идеи о необходимости создания в Москве художественного музея». Когда богатое петербургское собрание рукописей, книг, монет, минералов и других предметов, собиравшихся канцлером Н.П. Румянцевым, было решено перенести в Москву, эта идея нашла самых горячих сторонников в лице К.К. Гёрца и попечителя Московского учебного округа Н.В. Исакова. В 1862 году, после размещения коллекции в Пашковом доме, Гёрц стал хранителем отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея. Находясь в этой должности, он издал несколько каталогов картин, гравюр и скульптур Румянцевского музея. «Можно смело сказать, - пишет Малеин, - что ни одно из крупных приобретений художественного отдела музея за первое десятилетие его существования в Москве не миновало участия Гёрца». В.А. Дашкову, занявшему в 1867 году пост директора музея, Гёрц читал на дому лекции по истории изящных искусств. Карл Карлович сделал музею немало личных пожертвований, а, кроме того, умело привлекал к дарам на пользу музея других лиц, среди которых щедрая жертвовательница и почётный член музеев А.М. Раевская и бывший воспитанник Карла Карловича князь Н.И. Салтыков, подаривший Румянцевскому музею египетскую мумию.
Вообще, неутомимый Гёрц состоял во многих обществах, среди которых непременно надо упомянуть Общество любителей художеств и Московское археологическое общество. В обоих Карл Карлович был секретарём. В должности секретаря МАО Карл Карлович оставался до 1872 г., когда был избран в товарищи председателя. В этой второй должности он состоял до самой своей смерти. Кроме того, К.Гёрц принимал деятельное участие в учёной жизни Общества. регулярно делая на его заседаниях разные крупные и мелкие сообщения. Его активная деятельность на пользу МАО ставится А.И. Малеиным на второе место после деятельности председателя общества графа А.С. Уварова.

DSC03353.JPG

Слабым местом Карла Карловича всю жизнь были глаза. Его зрение стало ухудшаться уже в молодости, и хотя он несколько раз проходил курс лечения за границей, зрение постепенно падало. А зимой 1870 года, поехав из дома Дашкова на симфонический концерт, Гёрц по дороге простудился и получил лёгкий удар паралича, от которого у него перекосилось лицо. Устранив последствия этого удара, Гёрц по совету врачей осенью 1871 года вновь выехал за границу. С ним была его сестра Эрнестина – младшая из сестёр семейства Гёрц. О её занятиях известно только то, что она была домашней учительницей. Помимо нежной заботы о любимом брате, мы обязаны Эрнестине Карловне тем, что книжная коллекция К.К. Гёрца сохранилась в неприкосновенности и даже имеет в ГПИБ выделенное хранение.

DSC03326.JPG

DSC03328.JPG

Путешествие брата и сестры продолжалось год. Посетив Италию, Сицилию и Австрию, осенью 1872 года они вернулись в Москву. Весь этот год Карл Карлович слал письма в «Московские ведомости». Из этой корреспонденции составилась его книжка «Письма из Италии и Сицилии», вышедшая в 1873 году.
Путешествие было пронизано темой археологии и искусства. Во время этой поездки К.Гёрц составил коллекцию фотографий, среди которых много снимков с оригиналов. По возвращении в Москву его ожидало новоселье в доме, который брат учёного Константин Гёрц приобрёл в Трёхпрудном переулке. Карл Карлович поселился в бельэтаже этого дома, весь нижний этаж которого был отведён под библиотеку. Здесь она и находилась вплоть до смерти своего владельца, продолжавшего усердно покупать книги.

DSC03348.JPG

DSC03257.JPG

DSC03265.JPG
DSC03267.JPG

DSC03321.JPG

DSC03337.JPG

DSC03342.JPG

DSC03346.JPG

DSC03347.JPG

С февраля 1874 года Карл Гёрц начал вести в уже упоминавшихся «Московских ведомостях» археологическую и художественную хронику. При всех своих недостатках эта хроника нравилась и публике, и учёным.
Закат физической и научной деятельности К.К. Гёрца приблизили два события: смерть в 1879 году его брата Константина, после которой Карла Карловича поразил второй удар, и прекращение профессорской деятельности в университете в 1882 году. И хотя он продолжал грезить о своей большой библиотеке, угасание происходило быстро. В 1883 году Карл Карлович Гёрц скончался и был похоронен на Введенском кладбище.
Жизнь Карла Гёрца продолжается в его сочинениях и библиотеке, которыми после смерти брата распоряжалась Эрнестина Карловна. Она очень много сделала для увековечения его памяти. Ею в Академию наук был передан капитал в 7000 рублей, при условии, что часть его будет потрачена на издание трудов и биографии К.Гёрца. На остальные деньги Эрнестина Карловна предполагала учредить премию имени брата. В 1895 году она умерла, и завещанный ею капитал поступил в ведение Академии наук. Туда же поступило большинство бумаг покойного учёного. Академики приступили к выявлению и изданию печатных трудов К.Гёрца. Задуманное ими собрание сочинений, рассчитанное вначале на 7 выпусков, разрослось до девяти и было издано в 1898-1901 гг. под редакцией академика В.В. Латышева. Куда медленнее продвигалось издание биографии Гёрца: вмешалась судьба, спутавшая все планы академиков.
Составление биографии было в 1897 году поручено молодому московскому учёному Николаю Николаевичу Трескину - он уже имел дело с наследием К. Гёрца, когда составлял предварительный указатель его печатных трудов. Однако в 1906 году Трескин умер, и среди его бумаг не было обнаружено никаких рукописей, относящихся к работе над биографией. Всю работу проделал заново профессор Петербургского Историко-филологического института Александр Иустинович Малеин, и выполнил столь добросовестно, что его заслуги как библиографа признавались коллегами наравне с достоинствами филолога-классика.
При изучении научных трудов и архивов Гёрца, Малеин пришёл к выводу, что практическая деятельность Карла Карловича оказалась намного ценнее его научного вклада в отечественную науку. Отдавая должное трудолюбию, доброжелательности и широте познаний К.Гёрца, его биограф в то же время отмечал поверхностность в разработке выбранных тем. Тем не менее, критика Малеина остаётся весьма умеренной, а суждения строго выверены и беспристрастны. По ним можно составить портрет учёного, который был любим и уважаем окружающими и принял деятельное участие в большинстве важных научных начинаний своего времени. По словам его друга А.К. Феррейна, «он как бы приобрёл право гражданства в мире идеалов, и безоблачная ясность аттического неба отражалась в чистой душе его».

DSC03699.JPG

Библиотека Карла Гёрца перешла к Эрнестине Карловне вместе с остальным имуществом покойного. Об этом собрании книг, как уже говорилось выше, были предсмертные грёзы Гёрца. Позволим себе ещё немного поцитировать Малеина: «Это книгохранилище составляло гордость Карла Карловича и служило его любимым местопребыванием. Поэтому его друзья и знакомые, расставшись с ним, воображали его себе не иначе, как среди книг его библиотеки». Известно, что Карл Карлович охотно позволял знакомым пользоваться своими книжными сокровищами, а, читая лекции в Московском университете, приносил с собой редкие и ценные издания, чтобы студенты могли по изображениям яснее представить себе суть изучаемого предмета. Каталог библиотеки содержал 6150 названий и был написан на 566 страницах.

DSC03203.JPG

DSC03207.JPG
Записи рукой К.Гёрца на редких и ценных изданиях его библиотеки.

Гёрц неоднократно говорил, что, пока он жив, он не расстанется с книгами. В 1882 году, напуганный пожаром в Трёхпрудном переулке, он согласился уступить своё собрание Историческому музею за 20 тысяч, но в связи с его смертью продажа приостановилась. В конечном итоге, Эрнестина Гёрц уступила музею коллекцию брата за 6 тысяч рублей, уплата которых была рассрочена на три года. При продаже библиотеки она поставила условие, чтобы книги имели выделенное хранение. Книги поступили в Исторический музей в 1886 году. Они хранились в отдельных 17-ти шкафах; вместе с ними музею достался большой фотопортрет К.К. Гёрца.
Как нетрудно догадаться, собрание Гёрца попало в ГПИБ в 1938 году, при создании Исторической библиотеки. И хотя в издании «Экслибрисы и штемпели частных коллекций в фондах Исторической библиотеки» написано, что коллекция Гёрца имеет выделенное хранение, этот тезис требует некоторых уточнений. Руководствуясь подсказкой о том, что коллекция стоит на шифрах 20-26, действительно, можно найти много красивых, преимущественно иностранных изданий по искусству, некоторые из которых несут на себе штемпель библиотеки Карла Карловича. Это овальный штемпель с надписью «Bibliothek des prof. Carl Goertz». Другим косвенным признаком служат шифры, состоящие из латинских и арабских цифр, – они совпадают с шифрами ГПИБ и, видимо, берут начало из Библиотеки Исторического музея. Проставлены они, во всяком случае, явно не рукой Гёрца, а кем-то из работников библиотеки. Аналогичные шифры имеются на книгах из собрания Котляревского-старшего, с которым Карл Гёрц был близко знаком.

DSC03081.JPG

DSC03082.JPG

Разрозненные части коллекции можно найти и на более ранних шифрах ГПИБ. В этой части собрания особенно много автографов, которые яснее всяких слов показывают широту знакомств учёного.

DSC03179.JPG

DSC03215.JPG

DSC03229.JPG

DSC03236.JPG

DSC03320.JPG

Но и это отнюдь не вся коллекция Гёрца. Недостающую её часть мы обнаружили случайно и довольно мистическим образом. В одно из просматриваемых изданий была вложена брошюра с шифром 147 – казалось бы, типичная застановка, однако, отправившись возвращать брошюру на место, мы обнаружили несколько полок аналогичных тоненьких изданий, преимущественно вырезок и журнальных оттисков, и практически все они имели на себе сделанные от руки пометы.

DSC03349.JPG

DSC03355.JPG

DSC03358.JPG

DSC03359.JPG

Чаще всего это просто буква «М» в сочетании с разными цифрами, но на некоторых брошюрах попадалось и полное написание слова: «Mappe», что по-немецки означает «папка». Более внимательный просмотр этого массива показал его принадлежность к коллекции Гёрца. Устанавливается это на основании нескольких признаков: во-первых, сходство почерка, во-вторых, охваченная брошюрами область тем (археология, история искусств), а, в-третьих, многочисленные дарственные надписи, адресованные К.К. Гёрцу, и пометы самого профессора.

DSC03350.JPG

DSC03361.JPG

Таким образом, при жизни К.Гёрца эти оттиски, судя по всему, хранились в отдельных папках, а после его смерти вместе с прочими книгами и бумагами попали в Исторический музей. Мы не знаем, в каком виде они сохранялись в библиотеке музея, но можно радоваться и тому, что даже в разобранном виде они не пропали. Наследию Карла Карловича Гёрца повезло больше многих других книжных коллекций.

P.S. В постскриптум мы помещаем ещё одну книгу из коллекции К.Гёрца. Книги чаще всего молчат о том, в чьих руках они побывали, и не раскрывают своих секретов. Исследователю приходится собирать по крупицам факты, строить смелые догадки и, в конечном итоге, самому домысливать историю. Тем ценнее случаи, когда это правило нарушается, и случайная цитата из биографического очерка вдруг дополняется автографом на книге, устанавливая уже несомненную связь между полузабытым историком искусства XIX века и современником, вхожим в его семью.

DSC03213.JPG

DSC03212.JPG
«Во время учения в Академии К.К. познакомился с семейством товарища своего Ал. Ег. Мина, старший брат которого, известный впоследствии переводчик Данта, Дмитрий Егорович, также учился в Академии, а по окончании в ней курса поступил в университет. Этот пример благотворно повлиял на Гёрца, и, хотя он очень любил практические искусства и сам отлично рисовал, он пожелал продолжить своё научное образование» (Малеин, с. 5).

Литература:

Басаргина Е.Ю., Застрожнова Е.Г. Премии имени К.К. Гёрца // Человек и древности: памяти Александра Александровича Формозова (1928-2009): [сборник]. – М., 2010. – С. 642-653.
Малеин А.И. Карл Карлович Гёрц (1820-1883): биографический очерк. – СПб., 1912.
Петров Ф.А. Немецкие профессора в Московском университете. – М., 1997. – С. 164-166.
Полунина Н.М. Кто есть кто в коллекционировании старой России: новый биографический словарь. - М., 2003. – С. 109-110.
Экслибрисы и штемпели частных коллекций в фондах Исторической библиотеки. – 2-е изд., перераб. и доп. – Вып. 1. – М., 2009. – С. 39-40.

Comments

( 12 comments — Leave a comment )
nina_chatte
Apr. 20th, 2015 06:40 pm (UTC)
Гёрц
Спасибо, очень интересно!

С теплым пушистым приветом
Нина
gpib
Apr. 20th, 2015 07:08 pm (UTC)
Re: Гёрц
Да, нам тоже было очень интересно заниматься этой темой. Спасибо за комментарий!
silva2103
Apr. 21st, 2015 01:34 pm (UTC)
Прекрасный пост, насыщенный редкими фактами и фотографиями оригиналов!
Рада, что недавно открыла Ваш сайт.
Белой завистью завидую сотрудникам библиотеки, которые погружены в неисчислимые раритеты - сокровища Вашего книгохранилища))
gpib
Apr. 21st, 2015 04:53 pm (UTC)
Спасибо! Оставайтесь с нами, мы, насколько позволяет время, стараемся периодически писать что-нибудь о коллекционерах прошлого и на другие смежные темы:)
sergej_manit
Apr. 21st, 2015 02:06 pm (UTC)
С удовольствием прочитал. Замечательное расследование. Спасибо!
gpib
Apr. 21st, 2015 04:57 pm (UTC)
Спасибо! Когда мы начинали заниматься коллекционерами, мы и сами не предполагали, насколько это захватывающая и большая тема. Будем расследовать дальше:)
sergej_manit
Apr. 21st, 2015 05:39 pm (UTC)
Когда про разных соберёте - будет достойно отдельной публикации!
livejournal
Jul. 10th, 2015 05:00 pm (UTC)
~~~ ГПИБ России (Историческая библиотека)
Пользователь silva2103 сослался на вашу запись в своей записи «~~~ ГПИБ России (Историческая библиотека)» в контексте: [...] весной. Первое, что тогда прочитала: • Карл Карлович Гёрц (1820-1883): гражданство в мире идеалов [...]
livejournal
Oct. 27th, 2015 05:19 pm (UTC)
«Его алхимико-музыко-философско-фантастическое сияте
Пользователь ek_21 сослался на вашу запись в своей записи ««Его алхимико-музыко-философско-фантастическое сиятельство»: библиотека энциклопедиста» в контексте: [...] рассказах, и вот в каком контексте: с московской стороны эту идею горячо поддерживал К.К. Гёрц [...]
livejournal
Oct. 28th, 2015 07:11 pm (UTC)
Князь В. Ф. Одоевский и его библиотека энциклопедиста
Пользователь il_ducess сослался на вашу запись в своей записи «Князь В. Ф. Одоевский и его библиотека энциклопедиста» в контексте: [...] рассказах, и вот в каком контексте: с московской стороны эту идею горячо поддерживал К.К. Гёрц [...]
livejournal
Oct. 28th, 2015 07:15 pm (UTC)
Князь В. Ф. Одоевский и его библиотека энциклопедиста
Пользователь svk_urania сослался на вашу запись в своей записи «Князь В. Ф. Одоевский и его библиотека энциклопедиста» в контексте: [...] рассказах, и вот в каком контексте: с московской стороны эту идею горячо поддерживал К.К. Гёрц [...]
livejournal
Oct. 29th, 2015 02:25 am (UTC)
«Его алхимико-музыко-философско-фантастическое сияте
Пользователь sverlovka_bib сослался на вашу запись в своей записи ««Его алхимико-музыко-философско-фантастическое сиятельство»» в контексте: [...] рассказах, и вот в каком контексте: с московской стороны эту идею горячо поддерживал К.К. Гёрц [...]
( 12 comments — Leave a comment )

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow